Старинные лабиринты и валы Киевской крепости веками готовились к граду вражеских ядер, но оказались беззащитны перед строительной техникой. Историческая территория по улице Щорса, 44, превратилась в гигантскую строго охраняемую стройплощадку. Территорию Киевской крепости оберегала даже советская власть – согласно постановлению Совмина УССР от 1979 года, ей был присвоен наивысший статус охраны – «неприкосновенность». Сейчас все иначе. Несмотря на постановление Верховной Рады от 4 марта 2004 года и два поручения президента Ющенко (11 мая и 19 июня 2005 года), обязывающие Минобороны передать все исторические территории Киевской крепости во владение музею, строительная компания «Югозападтрансстрой» продолжает строительные работы на исторической земле и уже разобрала шесть строений ХІХ века, сделанных из мореного дуба.
Объект «режимный». Для того что бы попасть за забор журналистам пришлось притвориться сопровождающими Вячеслава Кулинича, директора комплекса «Киевская крепость». К слову, охранники не хотели пропускать даже его – они сдались лишь после длительных пререканий и звонков начальству. А за воротами... Киевская земля, не знавшая лопатки археолога, безжалостно раскапывалась экскаваторными ковшами и укатывалась большегрузными грузовиками. Проходим мимо бытовок и скопления техники – и прямо возле колоссального котлована видим трапециевидный вход в подвал. Старинные кирпичи уложены елочкой.
– При Союзе доступ сюда был строго воспрещен, а после сооружения станции метро «Печерская» эти ходы подтопило грунтовыми водами, – рассказывает директор Вячеслав Кулинич. – Их видело очень ограниченное количество людей. Вам повезло – от этих старинных сводов никогда не отражалась вспышка фотоаппарата. Как и многие фортификационные системы мира, крепость имеет разветвленную систему не только подземных ходов для отдельных людей, но и кирпичных тоннелей большого диаметра, предназначенных для перемещения войск и даже двустороннего движения гужевого транспорта. Подземелья и крепость на Печерске начали строиться еще в ХІ веке для обороны Киево-Печерской лавры. Со временем, когда стрелы сменялись на пули и ядра, валы отодвигались все дальше, а расширявшаяся крепость стала главным оборонительным форпостом на юго-западе империи.
Крепостная территория площадью около 10 кв. км располагалась на правом и левом берегу Днепра – сейчас это владения сразу трех киевских районов. В Голосеевском находится Лысогорский форт, на Печерске – Васильковское укрепление и Тюремный замок, в Днепровском районе сохранились Главный и Малый валы – между ними проходит железная дорога и Сырецко-Печерская линия метро.
Кулинич выдает нам по мощному фонарю, луч света разрезает кромешную тьму. Заходим в сводчатый тамбур, далее путь нам преграждает стенка относительно новой кладки. По-видимому, ее построили при Союзе для того, чтобы никто туда не забрался – но, очевидно, работники, откачивая воду, пробили небольшой проход. С трудом протискиваемся в узкую щель – и попадаем в царство теней. Наши голоса гулко разносятся по тоннелю, а силуэты на стенах выглядят жутковато. В воздухе не чувствуется затхлости, несмотря на заплесневелые у пола стены.
Подземное помещение, в которое мы попали – это два коридора длиной метров по 25, соединенные под прямым углом. Широкие, семиметровой(!) высоты, эти коридоры ничем не напоминают узкие ходы в лаврских пещерах. С одной стороны стена глухая, с другой – входы в какие-то помещения. В этой стене видны бойницы, переделанные в небольшие окна с проржавевшими решетками. Заходим в первую комнату с низким входом, снабженным двустворчатой дверью из почерневшего дерева. Пол, покрытый толстым слоем глины, очень скользкий, и мы постоянно рискуем шлепнуться. Потолок здесь пониже – метра три, кирпичный пол усеян щепками, в соседней комнатушке валяются потемневшие от времени деревянные предметы, похожие на стеллажи.
– Я думаю, это нары узников – есть версия, что эти подвалы, как и Октябрьский дворец, использовались НКВД, – поясняет Кулинич.
– На ржавые крюки, торчащие из потолка, в царские времена солдаты закидывали веревку, а другой конец привязывали к пушке, чтобы после выстрела она не откатывалась к стене. (То есть, поначалу эти казематы, получается, «смотрели» на свет, а потом их засыпали). Не исключено, что палачи НКВД привязывали к крюкам свои жертвы.
Следующая камера ничем не примечательна – в ней груда старого дерева. А вот соседняя интересна – в самой глубине стоят две проржавевшие цистерны... Дальше исследовать подземелье нельзя: оба коридора заканчиваются перегородками современной кладки. Жаль – эти ходы под крепостью таят немало загадок. Например, директор музея рассказал, что в одном из подвалов Тюремного замка рабочие нашли металлическую трубу большого диаметра, уходящую в другие подземелья. Она была снабжена блоком для троса – по этой трубе когда-то ходила вагонетка.
– Один из рабочих пытался исследовать ее с фонариком, но ближе к высотке на бульваре Леси Украинки она оказалась засыпана, – говорит Вячеслав Кулинич. – Не исключено, что чекисты переправляли по трубе трупы прямо в Днепр.
...Мы прихватили старый заржавленный замок с дверей камеры – на память о подвалах, которые скоро могут исчезнуть.
Cathedral.net.ua. [ По материалам газеты: "Газета по-киевски" ]
